DarkHeavy (darkheavy) wrote,
DarkHeavy
darkheavy

Аня(mini)

Аня. Полное имя Анна. Еще полнее… а впрочем полнота не свойственна девченкам. Эх, девченки, с ними всегда связывают такие понятия как Дима Билан (о чем это я? 0_о ), го-ры пудры, тонны помады, и миллионы солнечных зайчиков отбрасываемых их косметиче-скими зеркальцами, гламур ( даже в Word’е это слово красным подчеркивается!!! ), летние глазные болезни мужского населения, мохнатые сумочки (такие себе «пикинезы» с руч-ками) и т.д.… но это всего 90% окружающих нас БАБ. Аня относится как раз к тем 10%, которые светским разговорам по телефону предпочитают жесткую альтернативу! Данной альтернативой для нее были занятия музыкой, а именно освоение такого инструмента как бас-гитара.
Как мы познакомились? – Интернет, вездесущий и всемогущий Интернет.
В нашем городе, как и во многих других городах и странах, есть свой местный «рок-клуб», который по законам XXI века, почти полностью перекочевал во всемирную паути-ну и довольно крепко закрепился на вновь освоенной территории. В нашем случае это был сайт-форум.
Многие современные группы собираются в основном благодаря таким сайтам – слишком ленивый люд пошел. Так вот, в один прекрасный день, один из нас проводил время на од-ном из таких сайтов своего города. В разделе «личный состав» заметил тему, которая при-влекла внимание и даже заинтриговала. Заинтриговала потому, что под названием «Баси-стка ищет группу» скрывалось довольно редкое явление в мире рока – девушка-басист или басистка :). В теме говорилось, что некая особа, с годичным опытом, хочет поиграть в составе какой-нибудь группы поп-панк или панк-рок. Дальше приводился перечень лю-бимых групп и направлений в музыке + ICQ.
Интрига удалась. Тем же вечером был добавлен вышеуказанный номер ICQ в список кон-тактов и задан первый вопрос: «А, что у тебя за бас?». Через пару дней пришел ответ. По-том еще пара вопросов, пара ответов и… басистка была приглашена на репетицию.
В назначенный день никто не пришел.
На утро в «аське», я обнаружил сообщение, что мол не получилось… Ну что ж, бывает. Договорились на следующий раз и за одно на после следующий раз. Обменялись телефо-нами.
В следующий раз снова не получилось. И когда мы уже не надеялись, почти под самый конец следующей репетиции появился чехол от гитары с выглядывающим из-за него ли-цом. Лицо было довольно симпатично и постоянно улыбалось.
Подождав, когда новоприбывшие переведут дух, мы продемонстрировали пару «мело-дий», которые на то время играли.
- Прикольно, но зачем вам нужен, басист? – спросила нас басистка.
О ситуации, в которой находилась группа она не знала, по-этому и возник такой вопрос, ведь до того момента на басу в группе играл я. Мы в двух словах попытались объяснить о «профессиональных качествах» нашей группы.
В тот же вечер басистка продемонстрировала нам свое умение обращаться с басом. Ей принадлежал Squarer Bronco Bass, производства дочерней фирмы компании Fender, на ко-тором она сыграла нам пару партий из песен группы Blink 182, при этом, не забывая жут-ко волноваться.
Нам очень понравилось ее игра, чувствовалась какая-то нестандартность, хотение и про-сто удовольствие от игры на своем инструменте – никогда бы не сказал, что этот человек играет на басу всего год.
В следующий раз собрались уже в составе с новой басисткой. На второй репетиции она заметно меньше волновалась и стала чуть более раскованной. Сначала было трудно, она часто сбивалась, но видно было, что старается.
Так прошел час…, пока кто-то не заметил, что новый человек в нашей команде сбивается, в основном, из-за того, что считает количество нот в такте.
- Слушай, а ты можешь не делать этого?
- Не делать что?
- Ну… не считать, просто слушать мелодию и подыгрывать.
- Не поняла…
- Просто почувствуй музыку и все… Может будет немного трудно, но это то, как делаем мы – просто слушаем и играем… :)
Мы заиграли и после этого разговора сбивались только на сложных моментах.
После того, как закончилась репетиция мы стояли возле реп.точки и как ни странно вспомнили, что до сих пор не знаем как зовут нашу басистку. Смешно вспоминается диа-лог после первой репетиции:
- Ну все, пока. До следующего раза
- Пока, ребята, мне понравилось, надеюсь вам тоже – после этих слов мы разошлись, баси-стка пошла домой, а мы ко мне – занести гитары.
- Прикольная девчонка.
- Да. И играет неплохо.
- Слушай, а как ее зовут?
- ХЗ…
- В смысле «ХЗ»?
- В прямом. Не знаю – не спрашивал…
- То есть как? А как ты ей звонил? Договаривался? 0_о
- Ну, как обычно: «Привет! Приходи к нам играть!»
- М-да…
Так вот, после второй репы, мы, все-таки, спросили – оказалось ее зовут Аня и она очень хочет играть на басу профессионально. Так и закончилось «первое» знакомство…
Забыл сказать, что в начале второй репетиции басистка спросила, мол, с помощью какой мелодии мы сыгрываемся между собой? Мы ответили, что играем песню «Paranoid» анг-лийской HardRock группы «Black Sabbath», вскользь упомянули и забыли. Каково же было наше удивление, когда на следующей репетиции мы услышали бас-партию этой песни в исполнении Ани! Этот случай показал, что наша басистка очень целеустремленный чело-век.
Со временем стали появляться новые мелодии в абсолютно разных стилях – акустические рок-песни, панк-мелодии, рок-композиции, трэш-иллюзии и еще пару непонятных. Все было ничего, но неожиданно стал довольно правильный вопрос: «в каком стиле мы игра-ем?» и последующее подбитие всех композиций к единому стилю. Для нас это оказалось не так просто, ведь до этого момента мы просто играли. Играли и получали от этого удо-вольствие. Как это необидно признавать, но подведение всех песен под единый стиль, ви-димо и послужило поводом, для зарождения первого раскола группы, но об этом позже.

(Staying Alone – переделать все!)

Где-то через пару месяцев после первой репетиции у нас появились слова к одной из на-ших мелодий. Staying Alone. Так появилась песня Staying Alone, которую сначала очень не любил Макс.
Изначально это была песня «под акустику», не сильно динамическая, со спокойным вока-лом. Когда мы попробовали сыграть ее с применение электрогитары, то заметили, что, «как-то не звучит». Но решили ничего не менять. Просто не знали как. Хотя спорили на по-этому поводу каждый раз.
Так продолжалось несколько репетиций подряд, когда чисто случайно, Леший не сыграл пару левых аккордов. Никто не обратил внимания, ну «слажал» Леший, ну с кем не быва-ет…
Один только Сэм вдруг остановился и попросил Лешего сыграть «лажу» еще раз, потом еще, потом вместе с вокалом… Тут до нас дошло, что «лажа» Лешего превосходно соче-тается с вокалом и меняет энергетику песни в лучшую сторону (ярким примером послу-жило поведение Макса, которому «сопливая песня» вдруг начала нравится - до этого мо-мента он ее «не переваривал»)
Со следующей репетиции мы стали играть с новым рвение, ибо “Staying Alone”, получив-шаяся нестандартной, для сложившихся стереотипов современной музыки, придавала нам сил. В результате получилось еще одно изменение песни в лучшую сторону, появилась ее «третья часть», добавилось соло в середине. И вроде все шло отлично, когда произошла ссора Макса с «Рыжей», в результате которой нашей вокалистке пришлось от нас уйти…
Ситуация получилась не из приятных, во-первых от нас ушел «голос», во-вторых это был человек, который писал нам тексты. На репах атмосфера была не из лучших, но надо было двигаться дальше и выход предложила Аня.
В один из вечеров она прислала пару текстов собственного сочинения…
И, казалось, группа снова получила право на существование, и в последующие дни все складывалось просто отлично, когда…
Это случилось перед Новым годом. 23 декабря. В воскресенье…
В воскресенье мы, как обычно, собрались на очередную запланированную репетицию. На-страивали инструменты. Ругались и спорили на тему «кто и как опоздал?», когда на поро-ге появилась Аня. Как сейчас вспоминается тот разговор:
- О! Привет! Наконец-то ты пришла! – сказал я (Аня пропустила, на тот момент, 3 репети-ции подряд)
- Привет…
- А чего ты без баса? А, пофиг, возьмешь мой – это не проблема.
- Я ухожу…
- Ну, если у тебя сегодня не получается, то тоже не проблема… Дело житейское, придешь на следующую репетицию.
- Нет – я совсем ухожу.
- Не понял…
- Я ухожу из группы… Просто, ребят, я вас очень люблю, простите меня, но вы раздол-баи… Вот…
- Ань, ты это серьезно? Просто так резко…
- Я, когда дома была, задумалась о наших песнях… в общем, так мы ничего не добьемся… Плюс, мне не хватает практики…
- Ань, может останешься?
- Нет… Я бы хотела, но не могу… Вот…
Потом еще минут 20 стояли в тамбуре спорили и уговаривали… Но ничего не решилось…
- Ну, ты, нас не забывай, ок?
- Хорошо ребят. Вы не обижайтесь на меня… Ну просто… – так надо… Пока…
И она ушла.
Мы вернулись к репетиции.
В тот момент, хотя я и пообещал, меня накрыла такая обида, что, когда я взял гитару в ру-ки; хотелось взять и порвать струны... Я был в музыке, в новой мелодии, которую просто вырвало изнутри…
Все смотрели на меня, а я не замечая их, просто играл, играл, играл…
Потом я пропал из вида группы на две недели.
Через пару дней после ухода Ани, был написан стих «Ты говоришь». Я не поэт, но в тот момент мне хотелось, что-то сказать, сыграть, написать, сделать – это рвалось из меня…
Это осталось во мне…
Tags: music stories
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments